ПОВЕСТЬ О ЛЮБВИ И ТЬМЕ АМОСА ОЗА СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Наш квартал, Керем Авраам, принадлежал Чехову. На широком тротуаре, в тени двух старых сосен, перед одним из кафе сидели на низеньких плетеных табуретках вокруг низкого деревянного столика трое или четверо немолодых господина. Неужели мы ожесточимся и отвернемся от его деревенского сыра? И почему они допустили, чтобы их гнали, словно скот на убой, вместо того, чтобы сорганизоваться дать достойный ответ? Закаленные парни с горячими сердцами, умеющие сохранять спокойствие и рассудительность. Бабушка Шуламит возвышается над ним, стоя позади, отступив на несколько шагов.

Добавил: Gakus
Размер: 66.41 Mb
Скачали: 52236
Формат: ZIP архив

Читать «Повесть о любви и тьме» — Оз Амос — Страница 1 — ЛитМир

И даже для любовниц. Неужели окаменеют наши сердца, и мы накажем его? Темный коридор, узкий и низкий, слегка изогнутый, напоминающий вырытый узниками для побега подземный ход, соединял эти две Этот квартал с его садами и лужайками лежал вдали от центра города, от шумных торговых предприятий. Долго искал чтобы дочитать эту книгу бес[ В иерархии ценностей моих родителей Запад занимал особое место: Если перевести с иврита, слова были такими: Он произносил это не с грустью, а с ненавистью и омерзением, словно проклинал нас.

Превратить нашу жизнь в стакан теплой воды?!

В соответствии с люьви мне ролью, я должен был продекламировать для них свой постоянный рефрен:. Все они были людьми более или менее образованными, но это доставляло им некоторое неудобство. Ты съел острый перец?

Скачать книгу бесплатно:

Вот и те загорелые пионеры-первопроходцы, обосновавшиеся где-то на галилейских холмах, они тоже живут без оглядки и расчета. Нодар Джин — Повесть о любви и суете.

  БРЕНДОН САНДЕРСОН РИФМАТИСТ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Я родился и вырос в крошечной квартирке с низкими потолками. Иерусалим, на который с почтением взирали мои родители, лежат далеко от нашего квартала: На подоконниках у нас всегда стояли плотно закрытые банки с солеными огурцами, а также кактус, окопавшийся в земле, заполнявшей вазу, которой из-за трещины пришлось переквалифицироваться в обычный цветочный горшок. А Азария Алон, борец за шюбви флоры и фауны Эрец-Исраэль, был оща еще ребенком.

У меня не было ни малейшего понятия.

Похожие книги на «Повесть о любви и тьме»

Слева виднелись крылья ветряной мельницы в квартале Ямин Моше, а выше, справа, по склону холма последние дома Талбие. Поэтому, когда я употреблял это слово по отношению к кому-либо из своих приятелей, отец брезгливо кривил губы, морщил нос, но, безусловно, ничего мне не объяснял — как рза

Он прохаживался по улице Малахи или спускался по улице Овадия — величественный, как праотец Авраам, голова его не покрыта, седая борода развевается на ветру, глаза мечут искры, в руке сук, служащий ему посохом, его крестьянская рубаха, спускающаяся поверх широких амос, перепоясана грубой веревкой. Ранним утром этот диван, бывало, заталкивали в самого себя, постельные принадлежности прятали во тьму нижнего ящика, матрас переворачивали, все закрывали, закрепляли, застилали светло-коричневым покрывалом, разбрасывали несколько вышитых подушек в восточном стиле — и не оставалось никаких улик ночного сна.

А что скажут соседи, если вдруг увидят у нас освещение, приличествующее шумному балу?

И только тот, кто амгса разу не наслаждался прелестью сплетни, пусть встанет и первым бросит в нее камень. Может ли он пренебречь этим фактом? Но через две общие с нашим печальным соседом стены к нам просачивался легкий, но неистребимый запах плесени, мы постоянно ощущали влажный холод, тьму и безмолвие.

  642 ИДЕИ О ЧЕМ НАПИСАТЬ ТЕТРАДЬ НАЧИНАЮЩЕГО ПИСАТЕЛЯ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Как и гравитация в Иерусалиме, которая в те дни была намного ощутимее, чем теперь, так и микробы тогда были значительно больше и сильнее. Да преуспеет он на жизненном пути.

Зажмурив глаза, видел я прекрасную девушку, пасущую гусей, и она казалась мне до слез сексуальной — задолго до того, как я что-либо узнал о сексе. За цепочку сливного бачка я дергал рьме осторожно, ибо нельзя же, в самом деле, потратить целый бак воды, если справил лишь малую нужду. Время от времени кое-кто из гостей-мужчин вставлял словечко, задавал вопрос, делал замечание, словно подбрасывая хворост в костер.

Повесть о любви и тьме

Именно книги научили меня тому, что существует приграничная нейтральная полоса, что существует сумеречная зона, лежащая между дозволенным и запретным, между легитимным и эксцентричным, между нормальным и причудливым.

Некоторые из них купил дядя Иосеф в Одессе, некоторые приобрел в Гейдельберге или Париже, что-то нашел в Лозанне, что-то отыскал в Берлине и Варшаве, что-то заказал в Америке. Спустя много лет я узнал, что Иерусалим в двадцатые — сороковые годы, во времена британского мандата, был городом потрясающе богатой и разнообразной культуры.